03-12-2015 19:35

Какой закон необходим украинской науке?

Проект госбюджета Украины на 2016 год нивелирует Закон Украины «О научной и научно-технической деятельности», принятый на прошлой неделе Верховной Радой.

Этот закон, ожидающий подписания у главы государства, мог бы стать настоящей реформой науки в Украине. И очень важно, чтобы президент подписал его перед началом нового финансового года.

Однако проект бюджета Минфина может свести на нет все положительные изменения, которые ожидали украинскую науку в ближайшие годы.

Об этом в своем блоге пишет член ассоциации «IT Украины», преподававший во Львовской Политехнике и Киево-Могилянской бизнес школе, народный депутат Украины Алексей Скрипник.

Согласно документу, МОН теперь будет единственным главным распорядителем бюджетных средств на науку, а НАН - лишь исполнителем. Кроме того, все отраслевые академии наук без разбора «вливаются» в НАН и дается 8 месяцев на то, чтобы со всем этим «разобраться» и «оптимизировать».

И это, к сожалению, все, что вам нужно знать о сфере науки в новом проекте бюджета  (а мы еще и цифр не видели).

Не думаю, что Минфин принял бы такое контроверсионное решения, не посоветовавшись с Яценюком / Порошенко. Более того - возникают сомнения и относительно того, что теперь президент подпишет новый ЗУ «О научной и научно-технической деятельности».

Ниже - ответ всем критиканам (попунктово), каким изменениям парламент дал «зеленый» свет, проголосовав за новую редакцию Закона, и почему они важны для дальнейшего развития украинской науки.

Готово ли человечество к революции технологий?

Первое. Относительно базового и грантового финансирования научных исследований.

Базовое финансирование, заложенное в Законе, существует во всех развитых странах (что бы там ни говорили «эксперты», кивающие в сторону Европы, но настаивающие на противоположном). Без него некому будет предоставлять гранты. Не будет смысла ни в «Горизонте 2020», ни в любых других программах.

Например, общество Макса Планка (Германия) финансируется в размере не менее 1,5 млрд. евро в год. Но при этом само общество (не поверите, самоуправление!) определило два срока для отдельных тем: 6 лет и 12 лет, после чего продолжение соответствующей темы передается в университеты, а общество идет дальше и определяет новые приоритетные на их взгляд темы (и сами себе заказывают исследования!).

Если говорить о ЕС в целом, то объем публичного финансирования (государственное финансирование, вложения в R & D и т.д.), которое распределяется на конкурсной основе, очень варьируется между 20 и 80%, и в среднем составляет 40% (как раз в наиболее развитых странах).

И это в Европе, где уже наработаны и методики оценки, и действенные и прозрачные финансовые инструменты, и практика независимой экспертизы!

Более того, ЕС ставит своей целью увеличение финансирования науки путем увеличения объемов проектного и институционального (то есть базового) финансирования, которое основывается на оценке научной деятельности.

Поэтому, когда звучат призывы перевести все финансирование на конкурсное (да еще и со ссылкой на «Европу»), их авторы даже не задумываются о том, каким образом это конкурсное финансирование будет распределяться? Как будет проводиться экспертиза и гарантироваться ее независимость и качество? Все это не более чем желание показаться передовым реформатором при отсутствии знаний по предмету.

Второе. Касательно самоуправления исполнителей научной деятельности.

Наука может развиваться только при свободном функционировании.

«Принцип Гарнака» - одного из выдающихся президентов Общества Макса Планка, - по которому развивается одно из самых успешных научных объединений мира (кстати, его структура почти полностью соответствует структуре НАН Украины), утверждает, что лучшую науку делает лучший ученый, который свободно определяет направления исследований, имеет современную исследовательскую инфраструктуру и возможность привлекать наиболее талантливых молодых ученых.

Так же и научные организации должны иметь возможность самостоятельно заказывать исследования.

Очевидно, что какая-то часть запроса на фундаментальные исследования может формироваться государством и обществом, но большая часть - только теми, кто находится внутри науки.

Если говорить о прикладной науке - так же: отдельные тренды могут почувствовать только специалисты (еще до того, как эти направления станут экономически привлекательными), отдельные заказы может делать государство, общество, бизнес (предоставляя соответствующие средства).

Третье. Относительно статуса главного распорядителя бюджетных средств.

Такой статус есть у научных организаций нашего государства. В Украине, к сожалению, не существует другой гарантии свободного распоряжения средствами, как это есть в Европе. Например, в Германии, Общество Макса Планка создано как общество частного права, которое финансируется государством.

Для того, чтобы обеспечить гибкое финансирование, что и у них является проблемой, выдали специальный законодательный акт, который гарантирует перечисление государством определенных сумм на счет Общества в полном объеме на весь год и без изъятия в конце года.

Если есть другой способ гибкого финансирования, соответствующего трендам развития науки в Европе, было бы замечательно, если бы эксперты в сфере финансов нам его предложили.

В противном случае мы получим ручное управление деньгами со стороны «других» главных распорядителей бюджетных средств (кто бы это мог быть?) и невозможность долгосрочных исследований, в частности, фундаментальных.

Четвертое. О необходимости существования пяти или десяти академий наук и их оптимальной организационной форме.

Это должна определять экспертиза научных институтов - обязательно! - с привлечением международных экспертов. Как и стратегию развития научной сферы, которой пока нет. Но не псевдоэксперты, которые парой предложений демонстрируют обычное невежество в области науки. Или Минфин со своими «гениальными» идеями.

Когда говорят, что в Европе нет академий наук, или что они являются исключительно общественными объединениями, - это неправда. Элементарно - «погуглите», и все сразу станет на свои места.

Что касается нашей системы, то прежде, чем ломать что-то, необходимо дважды подумать. Слишком уж нестабильна ситуация, которую легко сделать необратимой. Лучше навести порядок в том, что есть. Нужно подробно и профессионально проанализировать существующее положение вещей, в том числе с помощью европейских партнеров, и развить свою стратегию развития государства в целом и науки, в частности.

Пятое.Касательно евроинтеграции украинской науки и соответствия нового закона этому вектору.

Европа строит единое Европейское исследовательское пространство и уже перешла к его использованию для инноваций. Фактически, строится система Кремниевой долины в масштабе всего европейского сообщества. Используется концепция «тройной спирали» для инновационной системы, которая была предложена миру Стэнфордским университетом: тесное взаимодействие власти, бизнеса и науки (с образованием включительно).

Кстати, одними из важных интегральных показателей выполнения приоритетов ERA является постоянное увеличение инвестиций в исследования и рост количества исследователей по отношению к количеству работающего населения. Необходимость обеспечения непрерывности увеличение инвестиций в исследования в разные годы, особенно кризисные, нуждается в корректировке государственного финансирования исследований в сторону его увеличения.

Итак, чтобы эффективно присоединиться к Европейскому исследовательскому пространству и чтобы строить инновационную систему Украины (как элемента европейской и мировой), крайне необходимо создать систему взаимодействия власти и науки.

Поэтому в новый закон заложено создание двухпалатного Национального совета по вопросам развития науки и технологий (по аналогии той, что функционирует в Германии). Она и должна выполнять такую функцию, но только в том случае, когда в ее научный комитет войдут лучшие ученые.

Определить их в коррумпированной Украине, где тысячи людей получили научные степени без собственно научной работы, является нетривиальной задачей. Уверен, что при поддержке иностранных коллег мы с ней справимся.

В общем, проблемы научной и научно-технической деятельности - длинный и непростой разговор. Но я очень надеюсь на нашу совместную - политиков и экспертов - работу над внедрением новаций принятого закона. А от тех, кто его только критиковал, хочется увидеть конструктивные действия, в частности, по решению поставленных здесь вопросов.

Отдельно - подчеркиваю, что проект бюджета на 2016 год в том виде, каким сейчас его представляет Минфин, в пунктах, касающихся науки, является абсолютно неприемлемым. Документ сваливает все в одну кучу без разбора, ставит нереальные задачи и непосильные сроки для их выполнения, исключает использование международной экспертизы. А для тех, кто является носителем сильной науки, нарушает вышеупомянутый принцип Гарнака.

В таком виде подавать его на рассмотрение парламента нельзя. Жду реакции от профильного министерства и лично Сергея Квита.

Алексей Скрипник